Воспитатель дошкольного учреждения и основы духовности у детей

Воспитатель дошкольного учреждения выполняет поистине историческую роль. Он закладывает основы будущего общества.

И чем раньше само общество и государство осознают и по достоинству оценят его труд и создадут реальные условия для выражения им своего педагогического искусства, подлинного педагогического творчества, тем быстрее наступит то социальное благоденствие, которое многими руководителями системы образования усматривается сегодня лишь на Западе, в заимствовании чужого опыта. Не может быть панацеей от всех бед и развитие педагогической науки как средства управления и навязывания сверху вниз воли чиновников от образования.

Секрет успеха дошкольного воспитания заключен не в технологии, а в духовности. И пока воспитатель дошкольного учреждения будет по-прежнему рассматриваться как своеобразная сиделка, няня, человек, присматривающий за нашими детьми, рассчитывать на рост духовного уровня общества, повышение его созидательных возможностей не приходится. Воспитатель — основной выразитель культуры общества и основное условие ее воспроизводства и развития. Определение основных приоритетов и стратегии общественного развития должно начинаться с уровня профессиональной подготовки и повышения квалификации воспитателей дошкольных учреждений.

Если попытаться суммировать все, чему учат ребенка в дошкольном учреждении: рисовать, декламировать, лепить, петь, танцевать, изображать и т.д., то все это можно подвести к понятию искусства.

Искусство — образное символическое выражение потребностей человека. Оно создает для человека «вторую реальность» — мир переживаний — и становится основой культуры. Искусство создает своеобразный идеальный мир через образы прекрасного и безобразного, доброго и злого. Возможно, в средней общеобразовательной и высшей школе и играет определяющую роль освоение основ наук, но в яслях и садах оно не имеет сколь-нибудь существенного значения. Приоритетом является педагогическая деятельность воспитателя, которая созвучна духовной деятельности. В ее основе лежит не познанная необходимость, а ценности культуры, которые принципиально отличаются от фактуальности объективного бытия с его предметными формами. «Духовная деятельность потому и называется деятельностью, что она состоит из целенаправленных действий, усилий человека, затрачивающих свои способности и энергию, волю и чувства, ум и фантазии. Все эти усилия (работа) направлены на то, чтобы материализовать человеческое чувство и разум, мысленные фантазии, познание и отношение к жизни, к другим людям». (Рябов В.Ф. Наш духовный мир. 2-ое изд. — Л.: Лениздат, 1987, с.11.)

Духовность в виде соответствующих чувств, настроений, представлений, стереотипов мышления, нравственных норм поведения и нравственно-эстетических оценок и воззрений и т.д. сама по себе не вытекает из рациональной логики научного познания, а формируется за счет многократного повторения и закрепления соответствующего исторического опыта, формирования ментальности народа и других социальных общностей, своеобразных культурных архетипов или коллективного бессознательного, недоступного научному анализу.

Духовная деятельность, в отличие от научной и технологической, не выражает лишь требования неких объективных закономерностей и концептуальных целерациональных, абстрактно-логических схем действия. Она в большей мере концентрирует в себе настроения, чувства детей, мысли, характеризующие их субъективное «я», саму душу ребенка, его реальные и потенциальные возможности, степень его доброты и злобы, доверчивости и подозрительности, общительности, открытости людям и замкнутости в себе, болтливости и молчаливости, смелости и застенчивости и т.д. В большинстве своем эти качества не есть лишь выражение природы ребенка, генетически врожденных его задатков, хотя, несомненно, роль их огромна. Личностью не рождаются, ею становятся по мере социализации или включения в соответствующую искусственно созданную культурную среду. И роль родителей и воспитателей дошкольных учреждений в этом процессе поистине определяющая. Именно от них во многом зависит то, кем станет доверенный им ребенок. Каждый из них выступает не просто как духовный наставник, наставляющий на путь истинный, на путь добра и справедливости, но и непосредственный живой образец для подражания.

Искусство общения, перевоплощения, любовь, добро и справедливость, носителями которых являются родители и воспитатели, находят непосредственное отражение в душах детей, смягчая или ожесточая их, делая их добрее или черствее. Именно искусство способно передать и основные образцы нравственного поведения. Многие исследователи полагают, что искусство является предпосылкой развития культуры. Искусство не случайно называют школой жизни, так как познание жизни здесь не исчерпывается лишь отражением реально существующего. Оно позволяет изменять само бытие человека, условия его существования за счет своеобразного удвоения действительности и значительного расширения свободы нравственного выбора в виде моделируемых образцов поведения, способов осмысления действительности и своего отношения к ней, волевой направленности личности. Однако основным достоинством искусства как средства нравственного воспитания является то, что оно позволяет рассматривать общество и личность в нерасторжимой целостности, соотнося нравственный императив, характер долженствования соответствующей эпохи, проблемы развития и чаяния конкретного народа, нации, страны, их традиции, обычаи, веру с нравственными диспозициями конкретного индивида, его свободой воли, проявляемой в выборе и защите соответствующих нравственных и других ценностей.

Это особенно отчетливо проявляется в художественной литературе как одном из видов искусства, который имеет дело с текстом как формой субъективного выражения и проявления духовного мира человека, его ценностно-нормативной позиции, переживаний соответствующих культурных смыслов, которые нельзя просто отразить в сознании, а можно лишь понять, расшифровать, раскодировав языковые значения. Неслучайно такие мастера словесности, как Ф.Достоевский и П.Чаадаев по праву считаются родоначальниками целого философского направления, получившего название экзистенциализм. В центре внимания этого направления находится проблема подлинного существования человека и свобода его нравственного выбора. Исходным социокультурным принципом духовно-нравственного воспитания средствами художественной литературы, по их мнению, является убежденность в том, что человек осознает бытие в целом, самого себя и свои границы, и что главной проблемой нравственного воспитания человека является утрата им смысложизненных ориентиров, которые прежде давала религия. Направление духовно-нравственному развитию теперь во многом задает ситуация, в которой оказывается человек. Ситуация здесь означает не только природно-закономерную, но скорее смысловую действительность, которая выступает не как физическая, не как психологическая, а как конкретная действительность, включающая в себя эти моменты.

Искусство, по их мнению, позволяет, в отличие от науки, рассматривать проблему нравственного воспитания не как знание о незнании, а как противоречия реального бытия человека. Индивидуальное получает здесь множество степеней свободы и вступает в многообразные сочетания с социальной основой. При этом чувство нравственности вернее ведет к истине, чем выкладка разума. Она реализуется в самом устройстве духовной действительности. В самой личной особенности интеллектуализма литературных героев. Смысл обретается здесь не логическим уяснением, а схватыванием, угадыванием посредством чувства, приближающего душу другого человека. Внимание сосредотачивается на определении личности, учитывая условия жизни и среды, а больше — на ее попытках разорвать круг этих условий и самостоятельно решать «проклятые вопросы» человеческого бытия. Личность берет на себя решение тяжелых духовных вопросов времени. Художник не дает общего решения проблемы. Он ищет его в каждом конкретном случае, заставляя соприкоснуться в индивиде человеческое и историческое, высматривая, что из этого получится. В иерархии вещей, отпущенных человеку судьбой и природой, по глубокому убеждению Ф. Достоевского, любая утрата переживаема, за исключением одной — утраты своей души. Всякий ущерб, и, прежде всего материальный, так или иначе, может быть восполнен. И только ущерб, нанесенный душе, для человека смертелен. Потеря живой души или полное бездушие — сама смерть. Душевная ущербность — самая страшная беда, грозящая людям уже не унижением, а полным уничтожением. В сравнении со всем прочим, что человек имеет и теряет, только это отпущенное ему сокровище не может быть переведено на деньги, так как оно вообще не имеет цены. И потери другого здесь чувствительны настолько, насколько этот другой составляет часть души человека. Жизнь и смерть у Достоевского — это не биологические, а социальные или даже сугубо духовные категории.

Необходимость решительного переустройства мира здесь разумеется сама собой. Эта перестройка возможна через «воскрешение из мертвых», ибо они живы постольку, поскольку близки добру, справедливости, т.е. являются детьми солнца. Показать, что такое добро и зло, а тем более научить различать с помощью научных категорий весьма проблематично. А вот с помощью средств художественной литературы вполне доступно.

Левко А.


На ту же тему
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>


mersibo-rekl
Свежие записи
Занятия для подготовки к школе—развитие и воспитание дошкольников © 2016 ·   Войти   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх